Босх: на главную
БОСХ — ГЛАВНАЯ
    БИОГРАФИЯ     
    ТЕХНИКА БОСХА    
    ЗАГАДКА  БОСХА
СИМВОЛЫ БОСХА     
    КОНЕЦ СВЕТА     
    ОБРАЗЫ СВЯТЫХ    
    ОБРАЗЫ ХРИСТА

Сад земных наслаждений

Сад земных
наслаждений

   
Сад земных наслаждений

Сад земных
наслаждений


   
   
Семь смертных грехов

Семь смертных
грехов

   
Сад земных наслаждений

Сад земных
наслаждений

Для образованных людей Северной Европы на рубеже XV-XVI веков появился новый род удовольствия - интеллектуальный, а питала его заново открытая античная мудрость. Триптих Иеронима Босха пронизан абстрактной отвлеченностью рациональной символики, где каждая деталь требует «прочтения» как необходимая составная часть универсальной концепции мироздания.

Левая створка внутренней поверхности триптиха изображает Рай: сотворение Адама и Евы, зарождение из воды растений и животных. В центре композиции - источник жизни, из которого сотворенные Богом существа выбираются на сушу. Фантастический пейзаж художник населяет множеством реальных, а также нереальных видов флоры и фауны: тут и трехголовая птица, и крылатая рыба, и морской конек-единорог, и даже существо с рыбьим хвостом, читающее книгу. Босх воплощает текст Ветхого Завета совсем не по канону. Позднее Средневековье обнаруживает странное противоречие между резко выраженной стыдливостью и поразительной непринужденностью. Даже в изображении первых людей ощущается эротический элемент: Адам с восхищенным изумлением смотрит на потупившуюся Еву. Исследователи обращали внимание на то, что Бог держит Еву за руку, как на церемонии заключения брака. Идея «парности» всех живых существ, заложенная с момента творения, воплощалась в работах многих художников. У Босха звери и птицы иллюстрируют совсем другую особенность, свойственную всем живым существам (и человеку тоже): кошка держит в зубах мышь, птицы пожирают лягушек, а львы охотятся за более крупной добычей. Следовательно, поедание одного живого существа другим предусмотрено в плане самого Творца. На правой створке триптиха заглатывать и терзать будут уже не зверюшек и лягушек, а людей.

В стихах Лоренцо Великолепного, герцога Медичи, правителя Флоренции эпохи Возрождения, звучит призыв к наслаждению жизнью: «Пусть каждый поет, играет и танцует! Пусть сердце горит негой! Долой усталость! Долой печаль! Кто хочет быть веселым - веселись сегодня. Завтра - поздно». Даже в Италии радость бытия представляется краткой и преходящей. Северной Европе мотив бодрой радости чужд вообще. Полемизируя с итальянскими гуманистами, Босх показывает, что за все краткие радости жизни люди заплатят вечным муками в Аду. На исходе XV века в Нидерландах всерьез верят, что после 1054 года, когда произошел раскол христианской Церкви на Восточную и Западную, никто уже больше в Рай не попадал.
Пугающе-достоверная и, вместе с тем, иррациональная, построенная на сознательно нарушенных законах линейной перспективы, картина Ада представлена на правой створке триптиха. Босх утверждает: после смерти никому не будет пощады и прощения грехов. Пожар на заднем плане доски грозит распространиться и все уничтожить. Всполохи пламени окрашивают воду в багряный цвет, делая ее похожей на кровь.

Если в изображении Рая Иероним Босх показывает нормальные, естественные взаимосвязи, пусть и не всегда гуманные, то в Аду - все перевернуто. Самые безобидные существа превращены в монстров, обычные вещи, разрастаясь до чудовищных размеров, становятся орудием пытки. Огромный кролик тащит свою жертву - человечка, истекающего кровью; один музыкант распят на струнах арфы, другой - привязан к грифу лютни. Место, которое в композиции Рая отведено источнику жизни, здесь занимает трухлявое «древо смерти», вырастающее из замерзшего озера - вернее, это человек-дерево, наблюдающий за распадом собственной оболочки.
Босх неистощим в своих описаниях наказаний за различные прегрешения. Адской музыкой будут наказаны те, кто слушал праздные песни и мелодии. Змеи обовьют тех, кто нецеломудренно обнимал женщин, а стол, за которым азартные игроки играли в кости и карты, превратится в западню.
В этом чудовищном мире властвует птицеголовый монстр, который заглатывает человеческие тела и, пропустив их сквозь свою утробу, низвергает в сточную яму, вокруг которой представлены кары за всевозможные грехи. При сравнении с доской «Семь смертных грехов» (подробно она будет рассмотрена дальше), где в изображении Ада подписано, какие грехи чем наказываются, можно догадаться, за что грешники несут кару здесь. Внизу слева гневливец пригвожден монстром к доске, чуть выше завистника терзают две собаки,- гордыня смотрится в зеркало на заду черта, чревоугодник извергает содержимое желудка, а алчный испражняется монетами. Средневековые моралисты именовали любострастие «музыкой плоти» - и вот у Босха многочисленные музыкальные инструменты терзают человеческую плоть, но уже отнюдь не звуками. А грех лени, видимо, символизирует грешник справа внизу с бумагой на коленях, которому гомункулус в рыцарском шлеме протягивает перо и чернильницу. Образы ужасных наказаний, которым подвергаются грешники, не только плод фантазии Босха. В средневековой Европе существовала масса приспособлений для пыток: «ручная пила», «пояс смирения», «аист», «покаянные рубашки», «козлы для ведьм», колодки, жаровни, ошейники. «Железный шлем» завинчивался на голове, ломая кости черепа. В «железные ботинки» зажимали ноги - степень сжатия зависела от суровости приговора; в этой обуви осужденным полагалось ходить по городу, оповещая о своем приближении железным колокольчиком. читать далее »



Нидерландский живописец эпохи Возрождения Иеронимус Босх Ван Акен
Hieronimus Van Bosch, 1440-1516   www.hieronim.ru   e-mail: bosch(a)hieronim.ru